Юрий Ванетик поделился из США, как и по каким критериям там оценивают лидерство
Европа переживает один из самых нестабильных периодов со времен окончания Второй мировой войны.
Континент сталкивается с угрозами, которые сходятся одновременно: войны у границ, энергетические шоки, волны миграции, политический популизм, экономическая неопределенность, стремительное переформатирование мирового порядка. Это то время, когда лидеры либо проваливаются, либо становятся опорой.
Сегодня в Европе, по мнению многих в США, есть несколько фигур, которые способны удерживать курс своих стран, несмотря на сильное давление обстоятельств. Они не идеализированы, не безупречны, но именно они формируют контекст, в котором Европа будет жить завтра.
Среди таких лидеров – Владимир Зеленский, Джорджа Мелони, Эммануэль Макрон и Кая Каллас. Это – политический спектр от центра до консерваторов и либералов, но объединяет этих людей одно: способность действовать тогда, когда большинство предпочло бы отступить.
Владимир Зеленский. В центре европейского кризиса стоит Украина. И именно на плечи Зеленского легла ответственность, которую в начале войны мало кто считал подъемной. Когда большинство аналитиков утверждало, что правительство падет за считанные дни, он отказался от эвакуации и превратил Киев в символ стойкости.
Да, Зеленского критикуют и в вопросах реформ, и в отношении отдельных решений в условиях войны. Но, масштаб критики меркнет перед фактом, что он удержал страну в условиях тотальной угрозы. Он сохранил единство общества, обеспечил международную поддержку и сумел провести Украину через немыслимые испытания, не разрушив ее демократические институты. Парламент в Украине работает, местное самоуправление функционирует, журналисты продолжают свою работу даже под ударами ракет.
Зеленский стал воплощением того редкого качества, которое у нас на Западе принято считать моральной силой лидера. Время покажет, какие решения были идеальными, а какие нет. Но одно уже очевидно: Зеленский стал одним из самых значимых европейских политиков своего поколения.
Джорджа Мелони. Италия – страна политических циклонов. Там правительства приходят и уходят быстрее, чем меняются экономические тренды. Но при Мелони страна неожиданно вошла в фазу стабильности. Ее критикуют за идеологические корни, но в реальной политике она выбрала другой курс: дисциплина, предсказуемость и прагматизм.
Мелони сохранила проевропейскую и проатлантическую линию, усилила сотрудничество с США, стала одним из наиболее последовательных голосов в поддержке Украины и выступила за формирование единой европейской политики на границах и в сфере миграции.
Мелони говорит просто, но по делу. Ее стиль лишен популистской экзальтации. Она обращается к тем итальянцам, которых долгие годы «не слышали», и именно поэтому ее поддержка остается высокой. Формируя сложную коалицию, Мелони стала для Европы голосом уверенности там, где ее давно не хватало.
Эммануэль Макрон. Он – фигура неоднозначная, часто раздражающая, иногда раздраженная. Он сталкивался с масштабными протестами, внутренними конфликтами, сопротивлением реформам. Но именно он стал тем, кто, возможно, единственный в Европе формулирует долгосрочное видение континента.
Макрон настойчиво говорит о европейской обороне, технологическом суверенитете, необходимости индустриальной автономии. Он понимает, что эпоха внешних гарантий безопасности заканчивается. И он готов говорить об этом открыто.
Макрон может казаться отстраненным, но его политическая воля – редкость. У него хватает смелости принимать непопулярные решения (например, пенсионная реформа) и продавливать их через сопротивление улицы. Его роль – не быть всеобщим любимцем. Его роль в том, чтобы заставить Европу думать стратегически.
Кая Каллас. Эстония – одна из самых маленьких стран ЕС, но Каллас стала одним из самых громких и морально четких европейских голосов. Она понимает природу российской угрозы не по учебникам, а по истории собственной страны.
Именно Каллас с первых дней войны предупреждала о том, что Европа недооценивает угрозу. Она требовала увеличить оборонные бюджеты, укреплять восточный фланг, поддерживать Украину без колебаний. И делала это не ради политических очков, а потому, что прекрасно знает, чем заканчивается компромисс с агрессором.
Ее прямота иногда раздражает большие страны, но она вынуждает Европу признавать реальность. А это является редким и чрезвычайно ценным политическим даром.
Итак, Зеленский, Мелони, Макрон и Каллас представляют абсолютно разные традиции и подходы. Но, их объединяет одно: они лидируют в эпоху, когда лидировать стало почти невозможно.
Социальные сети мгновенно превращают любые решения в мишень. Экономические проблемы становятся политическими взрывами. Каждое слово проверяется, каждое действие критикуется и так далее. Но эти лидеры продолжают двигаться вперед. Они продолжают удерживать свои страны от хаоса, принимают сложные решения в момент, когда легче всего было бы ничего не делать.
Да, у каждого из них есть свои ошибки. У каждого есть свои оппоненты. Но, они формируют контур европейской политики, потому что взяли на себя ответственность. Будущее Европы зависит не только от институтов, но и от людей, которые способны в критический момент сказать: «Идем дальше!».
Зеленский приносит моральную ясность и непреклонность. Мелони – устойчивость и чувство реальности. Макрон – стратегическое понимание и долгий горизонт. Каллас – честность и твердость в вопросах безопасности. Они представляют Европу, которая не сдается перед вызовами. Европу, которая понимает цену свободы. Европу, которая готова бороться за свое будущее.
И, возможно, именно поэтому история запомнит этих личностей не только как политиков, но и как людей, сумевших удержать континент в момент, когда он особенно нуждался в настоящих лидерах.
ЮРИЙ ВАНЕТИК, адвокат, политический стратег, член Совета директоров международного правозащитного агентства West Support, старший научный сотрудник Claremont Institute (Калифорния, США)